Философия налоговой реформы Трампа

В погоне за прибылью часть отечественных IT компаний стремится выйти на американский рынок (как В2В так и В2С), некоторые продают свои услуги как компании из СНГ, либо создают оффшорные структуры. Но часть IT предпринимателей в качестве места регистрации бизнеса выбирают США. 
 

Стоит ли это делать?

Налоговая политика государства определяет социальную философию и общепринятые ценности его общества. Общественные дебаты по поводу выбора философии и подходов к налогообложению часто бывают ожесточенными, а оппоненты, принимающие в них участие, непримиримыми. Обсуждая и выбирая налоговую политику государства, общество, таким образом, обсуждает и выбирает каким ему быть и какая роль должна быть отведена в нем государству.

 

«Неизбежны только две вещи – смерть и налоги» — писал Бенджамин Франклин, один из отцов-основателей Америки, а уплата налогов — это самые сложные, напряженные и стрессогенные отношения гражданина с его государством, в независимости от его политических воззрений.

Американские налогоплательщики, как консерваторы, так и либералы, традиционно считают, что несмотря на то, что налоги являются неотъемлемой частью гражданского общества и общественного договора между этим обществом и государством, налоговая система США не справляется с насущными задачами и нуждается в коренных изменениях. Она неимоверно обременительна, неудобна и слишком сложна и запутана для рядового налогоплательщика и бизнеса.

Если налоговая политика государства определяет ценности и приоритеты нации в целом, то какие из этих ценностей мы можем разглядеть в недавно принятой правительством США, так называемой, налоговой реформе Трампа?

22 декабря 2017 года президент США, Дональд Трамп, подписал Закон “О сокращении налогов и создании новых рабочих мест” («Tax Cuts and Jobs Act», TCJA), который:

— снижает ставку налога на прибыль корпораций,
— делает налогообложение рядовых американцев более понятным и в целом направлен на улучшение экономической ситуации в стране.

«Республиканцы заботятся только о богачах»

На протяжении последних нескольких месяцев многие комментаторы и эксперты высказывали свои мнения по данному поводу. Кто-то разносил реформу в пух и прах (в основном демократы), а кто-то изо всех сил превозносил ее преимущества (в основном республиканцы). Но при этом большинство полагались на общепринятую в Америке мантру: “Республиканцы заботятся только о богачах”.

Копнув немного глубже, мы сможем увидеть признаки краеугольной ценности, которая прошивает красной нитью реформу Трампа, и которая полностью согласуется с давними традициями американской правоцентристской элиты. Поняв ее, мы сможем сформировать для себя более ясную картину о данной реформе.

Сторонники налоговой реформы Трампа следуют экономической доктрине “Laissez-faire” и считают, что государственное вмешательство в деятельность участников свободного рынка должно быть минимальным. Что не может удивлять, ведь Трамп прежде всего человек из бизнеса, а не профессиональный политик или чиновник. По мнению приверженцев реформы, снижение налогового бремени для состоятельных граждан, как и снижение налоговых ставок на недвижимое имущество и прибыль корпораций должны привести к увеличению рыночной активности, а уменьшение ипотечных процентов и урезание налоговых льгот на уровне штатов и муниципалитетов, отучит государство от пагубной практики вмешательства в процессы ценообразования.

Предусмотренное этой реформой снижение налогов, значительно ограничивает государство в части сокращения расходов, что все более бурно и повсеместно обсуждается в обществе и медиа.

Тем не менее, по некоторым оценкам, реформа может привести к превышению расходов над доходами в самом обозримом будущем.

Каким образом такой дефицит бюджета будет восполнен?

Республиканцы утверждают, что снижение бюджетных расходов, особенно на всякого рода льготы и социальные выплаты, должно решить проблему дефицита бюджета. Другими словами, республиканцы говорят, что налоговая реформа должна послужить толчком в сторону уменьшения расходов на государственные нужды и минимизацию ограничений для субъектов экономики, то есть бизнеса.

Пропоненты реформы полагают, что справедливость политики налогообложения заключается в том, сколько налогов налогоплательщик внесет в бюджет (чем меньше, тем лучше для налогоплательщика), а не в том какими благами он сможет воспользоваться за счет государства. В основе этого, как кажется на первый взгляд, не очень важного разграничения, кроется огромное различие в том, как люди с правыми и левыми политическими взглядами видят развитие американской экономики и общества.

Левые, как правило, делают акцент на том, что все члены общества находятся “в одной лодке”, а государство — это всего лишь инструмент для распределения рисков. И поэтому, их тест на справедливость налоговой системы заключается в размере доли ресурсов общества, к которой получает доступ каждый отдельно взятый гражданин или семья. Для тех, кто придерживается таких взглядов, прогрессивное налогообложение является очевидным и единственным правильным выбором, особенно в такой экономической среде, как американская, где экономическое неравенство особенно заметно и продолжает расти.

И наоборот, позиция правых заключается в том, что все члены общества “в одной лодке” оказались по собственной воле и государство существует для распределения расходов. Для людей с такой точкой зрения (в основном своей массе это республиканцы), важным моментом является уплата налогоплательщиками справедливой доли налогов, основанной на принципе “равных жертв” и на том, какую пользу и привилегии они получают от государства. Такой подход ограничивает распределение ресурсов среди населения и ему присуща менее прогрессивная структура налогообложения, что мы и видим на примере налоговой реформы Трампа.

С самого начала продвижения реформы, основное внимание администрации Трампа уделялось существенному снижению ставки единого налога на прибыль для корпораций — c 35% до 21%, чтобы приблизить ее к показателям таких стран, как Канада (15%) или Ирландия (12,5%) и сделать США более привлекательными для инвесторов. Также, с 2018 года закон Трампа отменяет минимальный альтернативный налог на прибыль для корпораций (20%).

В отличии от налоговых послаблений для физических лиц, положения о снижении налоговой ставки для корпораций являются бессрочными.

Сторонники реформы утверждают, что, среди прочего, снижение ставки налога на прибыль для корпораций демотивирует компании от применения практики корпоративной инверсии, используемой американскими компаниями для ухода от федеральных налогов, которая предполагает создание новой материнской компании в оффшорной зоне с последующей реорганизацией/перерегистрацией компании-учредителя в американский филиал.

Закон также вносит изменения в положения о налогообложении американских компаний, работающих за рубежом. Теперь такие компании не будут платить налог на прибыль, полученную вне США. При этом, ставка на налог на прибыль, которая возвращается в США в виде репатриаций теперь составит 15,5%, а в виде реинвестиций 8%, вместо ранее применявшихся 35%.

Продолжим. Снижение налога на прибыль, полученной за рубежом должно стимулировать корпорации больше инвестировать в американскую экономику, поднимать заработные платы сотрудникам, создавать новые рабочие места и в общем запустить беспрецедентное экономическое развитие.

Закон также предоставляет владельцам промежуточных компаний для транзитного перечисления доходов (pass-through companies), таких как LLC, партнерств, индивидуальных предприятий и корпораций типа S, 20% налоговую льготу в дополнение к снижению самых высоких ставок налогов на прибыль физических лиц, то есть CEO с высокими зарплатами и бонусами.

Первые корпорации в США появились в конце XVIII века и почти сразу же стали ключевыми составляющими экономики молодого государства. Не смотря на то, что корпорации существовали в Европе уже в начале XIX столетия, в частности, в Великобритании и Нидерландах, ни одна из стран не относилась к корпоративному развитию, так как Америка. Принятие антимонопольного законодательства, на пороге прошлого века, значительно подорвало авторитет американских корпораций, но он был достаточно быстро восстановлен к концу Второй Мировой войны и беспрецедентная корпоративная гегемония царила в США вплоть до 80-х, пока японские, а позже в 90-х, немецкие транснациональные компании не стали сильнейшими конкурентами американцам на мировых рынках.

Корпорации играли и играют важнейшую, а иногда и очень противоречивую, роль в экономической, политической и культурной жизни США, и являются неотъемлемой частью американской идентичности и “американской мечты”.

Свободный доступ к капиталу и интенсивная индустриализация проводимая корпоративными структурами были локомотивами Американской индустриальной революции в начале XIX столетия. США стали лидером в сфере инноваций и мощнейшей экономикой в мире во времена «Позолоченного века» (вторая половина XIX столетия).

Корпоративное и налоговое законодательство США многократно менялись в течение последних 200 лет, чтобы соответствовать вызовам времени, требованиям смекалистых акционеров компаний и меняющейся конкурентной среды, особенно на международной арене. Но, несмотря ни на что, для Америки во главе угла всегда остается Корпорация, а не Индивид, и это и есть та американская общественная ценность, которая определяет роль бизнеса, гражданина и государства в системе общества и явно просматривается в новом налоговом законе Трампа.

 

Если Вы решили, или уже зарегистрировались в США как компания, будьте предельно осторожны с вопросами «прибыли полученной за пределами США». Рациональным шагом будет получить юридическую консультацию, например в компании LAWBOOT Lawyers & Consultants и проверить схему работы, чем подвергнуть свою корпорацию риску быть оштрафованной IRS (Internal Revenue Department), что потянет за собой, вероятнее всего, привлечения американского «лоера» к участию в судебном производстве против IRS (чей гонорар составляет минимум 5,000 USD за самый простой кейс).

Получить консультацию   Назад

Получить консультацию